Неизгладимое обезображивание лица, что это значит

Как известно, степень тяжести вреда, причиненного здоровью человека, выразившегося в неизгладимом обезображивании его лица, определяется судом. При этом каких–либо объективных критериев (медицинских, эстетических, юридических и т.д.) позволяющих считать то либо иное повреждение лица обезображивающим, а другое повреждение не обезображивающим, не существует.

Все отдано на откуп суда, в результате чего, решение о том, считать повреждение обезображивающим, а какое нет, становится, по сути, субъективным эстетическим критерием, который решается через призму личного восприятии судьи. А тут уже, сколько судей, столько и мнений.

Одни считают, что шрамы и небритость украшают мужчину, другие наоборот, считают мужское лицо должно быть абсолютно гладким, выбритым без каких-либо изъянов. И т.д. и т.п. Сколько судей, столько и мнений о красоте и о том, что считать обезображиванием. Поэтому и вопрос о наличии либо отсутствие у потерпевших неизгладимого обезображивания лица всегда вызывает у сторон жаркие споры. Но у любого.

даже самого субъективного мнения, всегда есть некая объективная отправная точка. Отправной точкой для решения вопроса о наличии/отсутствии обезображивания лица во всех подобных случаях является вывод судебно-медицинского эксперта о неизгладимости повреждений. Согласно п. 6.10.

[Неизгладимое обезображивание лица] Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, производство судебно-медицинской экспертизы ограничивается лишь установлением неизгладимости данного повреждения, а также его медицинских последствий в соответствии с Медицинскими критериями.

Под неизгладимыми изменениями следует понимать такие повреждения лица, которые с течением времени не исчезают самостоятельно (без хирургического устранения рубцов, деформаций, нарушений мимики и прочее, либо под влиянием нехирургических методов) и для их устранения требуется оперативное вмешательство (например, косметическая операция). В Медицинских критериях субъективизм отсутствует.

Работает двухзначная система — есть повреждение/нет повреждения. Казалось бы, раз в Медицинских критериях все прописано достаточно четко, то и эксперт, руководствуясь ими, а также Порядком организации и производства судебно-медицинских экспертиз должен свою часть работы сделать объективно, четко и беспристрастно. Но как известно, The devil is in the details – черт сидит в деталях.

И с этими деталями надо порой очень внимательно разбираться. Об одном таком случае из практики мы и хотим поделиться в данной публикации. Обстоятельства дела — водитель ККК.

, находясь в состоянии алкогольного опьянения, управляя автомобилем, совершил столкновение с автомобилем, начавшим движение после остановки из-за на дороге в попутном направлении, затем вылетел на полосу встречного движения, где совершил столкновение со вторым, движущимся во встречном направлении автомобилем, под управлением водителя ХХХ В результате данного ДТП пассажир первого автомобиля от полученных телесных повреждений скончалась на месте происшествия; а ХХХ получила телесные повреждения. ХХХ сразу же после ДТП была осмотрена медицинскими специалистами, ей была оказана квалифицированная медицинская помощь. Затем ХХХ по меддокументам, без личного осмотра, была проведена экспертиза для определения тяжести вреда здоровью, по результатам которой у ХХХ было признано наличие семи атрофических рубцов в области лба, требующих для своего устранения медицинского вмешательства. Эксперт пришел к выводу, что так как указанные рубцы с течением времени не исчезнут самостоятельно, требуют для своего устранения медицинского вмешательства (косметической операции), и на этом основании, в соответствии с п. 6.10 приказа Минздрава Российской Федерации от 28.04.2008 г. № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека», расцениваются как неизгладимые.

Адвоката подсудимого, Савина Сергея Николаевича, этот вывод очень смутил.

Были обоснованные вопросы к правомерности такого экспертного вывода. Но если у адвоката есть вопросы – значит ему надо получить на них ответы.

Сергей Николаевич обратился с этими вопросами ко мне.

Действительно, в этом деле было много нестыковок. Травмы лица, которые получила ХХХ в результате ДТП, были поверхностными и не могли привести к образованию рубцов. За четыре года до ДТП ХХХ получила тяжелую черепно-мозговую травму, в результате которой ей проводилась сложная нейрохирургическая операция, как раз в той области лица, в которой позже и были обнаружены рубцы. Судебно-медицинский эксперт сам лично пострадавшую ХХХ не осматривал. Наличие рубцов у ХХХ определила по любительским фотографиям ее лечащий врач. Все это вызывало большие и большие сомнения в обоснованности выводов эксперта в части о наличии у ХХХ неизгладимых повреждений лица. образовавшихся в результате ДТП. Внимательно изучив имеющиеся медицинские документы, было подготовлено Заключение специалиста в котором были данные следующие ответы на вопросы адвоката

ВОПРОС 1: Согласно представленной на экспертизу выписки из истории болезни ООО «Клиника «Линлайн» г. Москвы на имя ХХХ известно, что лечащим врачом ХХХ г.р.

в клинике «Линлайн» была врач ВВВ Также врач ВВВ согласно Протокола освидетельствования ВВВ (Москва 16 октября 2015 г.).

проводила медицинское освидетельствование ХХХ Могла ли врач ВВВ согласно нормативным документам Министерства здравоохранения Российской Федерации, проводить медицинское освидетельствование ХХХ.?

ОТВЕТ: Согласно п. 68 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г.

N 194н «Об утверждении порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-медицинских учреждениях Российской Федерации» в производстве экспертизы в отношении живого лица не может участвовать врач, который до ее назначения оказывал ему медицинскую помощь.

Следовательно, врач ВВВ согласно Приказу Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г. N 194н не могла участвовать в медицинском освидетельствовании ХХХ.

ВОПРОС 2: Какие судебно-медицинские критерии применяются для определения давности рубцов кожи?

ОТВЕТ: В качестве критериев для суждения о времени возникновения кожных рубцов используют такие их характеристики как цвет, плотность, характер поверхности рубцов, их краев и степень подвижности рубцов.

Для этого используют диагностические таблицы, разработанные К.И. Хижняковой (1945) и И.М. Серебренниковым (1962) (Таблицы 1 и 2).Таблица 1. Неизгладимое обезображивание лица, что это значит Неизгладимое обезображивание лица, что это значит При исследовании рубцов лица, необходимо учитывать, что благодаря обильному кровоснабжению этой области красный цвет рубцов на лице держится значительно дольше.

ВОПРОС 3: Какие судебно-медицинские методики определения давности и условий образования рубцов на коже лица ХХХ применялись при проведении ее освидетельствовании 16 октября 2015 г., а также при проведении судебно-медицинской экспертизы (Заключения эксперта №___)?

ОТВЕТ: При проведении освидетельствовании ХХХ., а также при проведении судебно-медицинской экспертизы (Заключение эксперта №___) какие-либо судебно-медицинские методики определения давности и условий образования рубцов на коже лица ХХХ не применялись.

ВОПРОС 4: Можно ли проводить экспертизу повреждений по фотографиям, изображенным на фотокопиях («лист дела 247» и «лист дела 248»)?

ОТВЕТ: Фотографии, представленные на фотокопиях «лист дела 247» и «лист дела 248», выполнены без соблюдения масштаба, без использования цветовой шкалы, без соблюдения правил криминалистической фотосъемки, без поясняющего текста. Проводить судебно-медицинскую экспертизу по представленным фотографиям не представляется возможным.

ВОПРОС 5: Проводился ли в ходе дополнительной судебно-медицинской экспертизы по материалам уголовного дела № 63903 в отношении гр-ки ХХХ. (Заключения эксперта №___) осмотр ХХХ.?

ОТВЕТ. В ходе дополнительной судебно-медицинской экспертизы по материалам уголовного дела №___ в отношении гр-ки ХХХ (Заключения эксперта №___) осмотр ХХХ не проводился.

ВОПРОС 6: Возникли ли у ХХХ в результате ДТП от 13.06.2015 повреждения кожи, которые могли привести к образованию рубцов кожи?

ОТВЕТ: Согласно Заключения эксперта №___ (дополнительная судебно-медицинскую экспертиза по материалам уголовного дела №___ в отношении гр-ки ХХХ), в представленной на экспертизу медицинской карте амбулаторного больного №___ФГБУ «МНИИ ГБ им. Гельмгольца» Минздрава России на имя ХХХ отмечены следующие повреждения кожного покрова: «Ссадина лобной области». Других повреждений кожного покрова лица не указано.

Ссадины кожи заживают без образования рубцов. В представленных медицинских документах нет сведений о том, что у ХХХ в результате ДТП от 13.06.2015 образовались повреждения кожи лица, заживающие с образованием рубцов.

ВОПРОС 7: Из медицинских документов известно, что ХХХ находясь в __, получила тяжелую черепно-мозговую травму хх/хх/10 в результате падения при катании на горных лыжах. Могли ли рубцы на лице образоваться в результате указанной травмы?

ОТВЕТ: Согласно Заключения эксперта №___ (дополнительная судебно-медицинскую экспертиза по материалам уголовного дела №___ в отношении гр-ки ХХХ), известно, что ХХХ, находясь в ___, получила травму хх.хх.2010 в результате падения при катании на горных лыжах.

В тот же день экстренно была госпитализирована в клинику O.S.  При компьютерной томографии был выявлен многооскольчатый перелом чешуи лобной кости. хх.хх.2010 ХХХ была экстренно оперирована — удалены костные отломки и выполнено ушивание твердой мозговая оболочки. хх.хх.

2011 в «НИИ нейрохирургии им. акад. Н.Н.

Бурденко» ХХХ была проведена дополнительная операция «Реконструкция костного дефекта чешуи лобной кости слева материалом Palakos R с применением предварительного компьютерного моделирования стереолитографической модели черепа, пресс-формы импланта.

С учетом отсутствия повреждений кожи лица, заживающих с образованием рубцов, которые могли образоваться у ХХХ. в результате ДТП от 13.06.2015. нельзя исключить образование рубцов в лобной области у ХХХ как в результате черепно-мозговой травмы, полученной ХХХ хх.хх.2010 г, а также хирургических операций в лобной области от хх.хх.2010 и от хх.хх.2011.

Вооружившись этим Заключением, и самым детальным образом проговорив со мной. как со специалистом, все возможные и невозможные медицинские подробности. Сергей Николаевич Савин отправился на очередное судебное заседание.

Читайте также:  Юридическая помощь при спорах с страховой компании после ДТП

Надо отдать должное – на этом заседании ему пришлось вынести совсем не легкий бой. Но, не смотря на сильнейшее сопротивление со стороны обвинения и адвоката потерпевшей. ему все же убедить суд в правоте доводов специалиста. Суд назначил новую судебно-медицинскую экспертизу по повреждениям лица. при этом аргументация суда во многом совпала с аргументацией. изложенной в Заключении специалиста. Такое развитие событий вполне можно назвать промежуточной победой. По крайней мере, цель. которая была поставлена при написании Заключения специалиста, достигнута полностью. Смущает в постановлении то обстоятельство, что экспертиза назначена в то же судебно-медицинское экспертное учреждение, в котором проводилась и первичная. Но тут уже загадывать наперед ничего нельзя.

Как говорится – поживем, увидим.

Неизгладимое обезображивание лица вследствие переломов костей лицевого черепа

Неизгладимое обезображивание лица, что это значит

Ю.Е. Морозов1, 2, В.С. Плотников2, С.А. Никитин2

1 Кафедра судебной медицины (зав. – д.м.н., проф., член-корр. РАМН Ю.И. Пиголкин)

ФГАОУ ВО Первый МГМУ им. И.М. Сеченова Минздрава России (Сеченовский университет), г. Москва2 ГБУЗ г. Москвы «Бюро судебно-медицинской экспертизы Департамента здравоохранения города Москвы» (нач. – д.м.н. С.В. Шигеев), г. Москва

В данной работе рассмотрена возможность использования квалифицирующего признака неизгладимого обезображивания лица для определения тяжести вреда здоровью при переломах костей лицевого черепа.

Исследовали 750 случаев судебно-медицинских экспертиз с травмами в области лица, выполненных в Бюро судмедэкспертизы Департамента здравоохранения города Москвы в 2014–2018 годах, в том числе с переломами костей лицевого черепа – 51 случай.

При изучении заключений судебно-медицинских экспертиз определяли характер переломов костей лицевого черепа, фиксировали наличие признаков неизгладимой посттравматической деформации мягких тканей лица. Установлено, что из всех изученных случаев неизгладимость повреждений зафиксирована только один раз (1,9 %), а поиски признаков посттравматической деформации лица не осуществлялись ни разу.

В связи с этим нами предложен алгоритм для выявления посттравматических деформаций мягких тканей лица при переломах лицевого черепа. Алгоритм предусматривает установление неизгладимости повреждений, повторное освидетельствование, сравнительное сопоставление изображений лица до и после причинения травмы с использованием методов доказательной медицины.

Введение

По данным литературных источников, имеется тенденция увеличения тяжелых и сочетанных травм лица с переломами костей лицевого черепа [4]. Количество судебно-медицинских экспертиз и исследований в случаях челюстнолицевых травм также возрастает.

В структуре переломов костей лицевого черепа повреждения скулоорбитального комплекса по частоте занимают второе место [3]. Среди переломов глазницы чаще встречаются повреждения ее нижней стенки.

Повреждения стенок орбиты сопровождаются выраженной деформацией глазничной области, дислокацией жировой клетчатки и глазодвигательных мышц в область перелома. Данные нарушения приводят к развитию посттравматической деформации и утрате эстетического облика человека.

Изменяется конфигурация и объем орбиты, возникают энои гипофтальм, функциональные нарушения [1, 7]. Цель работы заключалась в возможности использования квалифицирующего признака неизгладимого обезображивания лица для определения тяжести вреда здоровью при переломах костей лицевого черепа.

Неизгладимое обезображивание лица в Постановлении Правительства Российской Федерации от 17 августа 2007 года № 522 г. Москва «Об утверждении Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» указано как самостоятельный квалифицирующий признак тяжкого вреда здоровью. В пункте 6.

10 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 г.

№ 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (далее Приказ № 194н) говорится, что степень тяжести вреда, причиненного здоровью человека, выразившаяся в неизгладимом обезображивании его лица, определяется судом, а производство судебно-медицинской экспертизы ограничивается установлением неизгладимости данного повреждения, а также его медицинских последствий в соответствии с Медицинскими критериями. Там же дано определение неизгладимости повреждений лица: «Под неизгладимыми изменениями следует понимать такие повреждения лица, которые с течением времени не исчезают самостоятельно (без хирургического устранения рубцов, деформаций, нарушений мимики и прочее, либо под влиянием нехирургических методов) и для их устранения требуется оперативное вмешательство (например, косметическая операция)».

Многоэтапная процедура установления неизгладимого обезображивания лица и соответствующей степени тяжести причиненного вреда здоровью основана на четком разделении юридической (установление обезображивания) и медицинской (определение неизгладимости) компетенций, реализуемых в определенной последовательности.

Первоначальным действием в указанной последовательности компетенций является установление неизгладимости повреждений. Согласно Приказу № 194н неизгладимыми повреждениями лица являются не только рубцы, но и «деформации, нарушения мимики и прочее».

Поэтому деформации мягких тканей лица, образовавшиеся в исходе заживления переломов костей лицевого черепа и соответствующие проекции этих переломов, отвечают формулировке Приказа № 194н о неизгладимых повреждениях лица.

Нами предпринята попытка изучить случаи с переломами лицевого черепа и разработать алгоритм по определению неизгладимых деформаций лица в исходе таких повреждений.

Материал и методы

Изучены заключения 750 судебно-медицинских экспертиз с повреждениями в области лица, в том числе 51 экспертизы с переломами костей лицевого черепа. Анализировались заключения, выполненные в Бюро судмедэкспертизы Департамента здравоохранения города Москвы в период с 2014-го до 2018 года.

Фиксировались и сопоставлялись вопросы и ответы об установлении изгладимости, характере переломов костей черепа. При исследовании использовали методы сравнения, вычисления относительных показателей. Сопоставлялись полученные и литературные данные.

С учетом данных критического анализа выполненных повторных и комиссионных экспертиз предложены критерии по построению алгоритма для научного обоснования взаимной обусловленности переломов костей черепа и неизгладимых деформаций мягких тканей лица.

Результаты исследования

В структуре изученных переломов лицевых костей выявлено наличие переломов костей носа (28 случаев), переломов костей скулоорбитального комплекса (13 случаев), переломов нижней челюсти (6 случаев), многооскольчатых переломов в пределах нескольких смежных костей лицевого скелета (4 случая).

Вопросы об установлении неизгладимости имеющихся переломов содержались в 8 назначенных экспертизах, а ответы на данный вопрос были даны лишь в 6 случаях (12,07 %). В 3 наблюдениях на вопрос об изгладимости в ответе сообщалось об отсутствии каких-либо повреждений в области лица. В 2 случаях повреждения были оценены как изгладимые и только в одном случае – как неизгладимые.

В алгоритм по установлению неизгладимых деформаций лица при переломах лицевых костей были включены:

  1. Установление факта неизгладимости переломов костей лицевого черепа при проведении первичного освидетельствования.
  2. Информирование следователя о необходимости повторного освидетельствования при установившемся исходе травмы для установления наличия (или отсутствия) признаков неизгладимых деформаций мягких тканей лица.
  3. Сравнительное сопоставление изображений с наличием неизгладимых деформаций мягких тканей лица до и после причинения травмы с использованием методов доказательной медицины.

Иллюстрацией к порядку сравнительного сопоставления изображений лица до и после причинения травмы с наличием неизгладимых деформаций лица может служить следующий случай с переломами нижней стенки левой глазницы (рис. 1).

Неизгладимое обезображивание лица, что это значит

А – до травмы Б – после травмыРис. 1. Деформации мягких тканей лица в левой глазничной и носовой области, обусловленная переломами нижней стенки левой глазницы

Обсуждение результатов и заключение

Проведенный нами анализ судебно-медицинских экспертиз и исследований в случаях челюстно-лицевой травмы дает основание считать, что она имеет значительный удельный вес среди других повреждений, а также весьма разнообразный характер. Переломы костей лицевой части черепа встречаются чаще переломов других локализаций в связи с особенной уязвимостью лица.

При производстве судебно-медицинских экспертиз по поводу переломов костей лицевого черепа необходимо устанавливать неизгладимость повреждений.

В то же время результаты выполненных исследований показали, что удельный вес судебно-медицинских экспертиз и исследований, в которых решался вопрос о неизгладимости повреждений, предельно низок.

Низкой оказалась и частота встречаемости задаваемых вопросов о неизгладимости повреждений лица (15,7 %) в постановлениях следователей.

  • Установленные нами показатели частоты ответов на вопросы об установлении изгладимости (неизгладимости) повреждений в области лица при производстве судебно-медицинских экспертиз согласуются с доступными литературными данными [2, 6].
  • Таким образом, в настоящее время имеет место недооценка развития неизгладимых деформаций в исходе заживления переломов костей лицевого черепа и, как следствие, отсутствие должной настороженности при определении тяжести причиненного вреда здоровью по квалифицирующему признаку неизгладимого обезображивания лица.
  • Предлагаемый нами алгоритм по установлению неизгладимой деформации лица включает в себя: установление неизгладимости повреждений при судебно-медицинской экспертной оценке переломов костей лицевого черепа; повторное освидетельствование пострадавших; сравнительное сопоставление изображений с наличием неизгладимых деформаций мягких тканей в области лица до и после травмы с использованием методов доказательной медицины.

Список литературы

  1. Бабкина, Т.М. Современные подходы к диагностике травм челюстнолицевой области / Т.М. Бабкина, Е.А. Демидова. – Текст : непосредственный // Світ медицини та біології. – 2013. – № 4. – С. 32–37.
  2. Бернадский, Ю.И. Травматология и восстановительная хирургия черепно-челюстно-лицевой области / Ю.И. Бернадский. – Текст : непосредственный. – М. : Мед. лит., 1999. – 456 с.

  3. Гришенкова, Л.Н. Переломы костей средней зоны лица: судебно-медицинская экспертиза / Л.Н. Гришенкова и др. – Текст : непосредственный. – Минск : Вышэйшая школа, 2015. – С. 101–156.
  4. Лепилин, А.В. Клинико-статистический анализ травматических повреждений челюстно-лицевой области и их осложнений по материалам работы отделения челюстно-лицевой хирургии за 2008–2012 годы.

    – Текст : непосредственный // Сарат. науч.-мед. журн. – 2013. – Т. 9, № 3. – С. 23–28.

  5. Особенности реконструкции стенок орбиты при лечении травматических повреждений лицевого скелета / Е.А. Дурново, Н.Е. Хомутинникова, Н.В. Мишина, А.О. Трофимов. – Текст : непосредственный // Мед. альм. – 2013. – № 5 (29). – С. 19–25.
  6. Плотников, В.С.

    Алгоритмы описания посттравматической деформации лица при производстве судебно-медицинских экспертиз. Внезапная смерть в молодом возрасте: факторы риска / В.С. Плотников, Ю.У. Морозов. – Текст : непосредственный. – М. : Изд-во Сечен. ун-та, 2019. – С. 118–119.

  7. Плотников, В.С. Неизгладимость повреждений как следствие переломов костей лицевого скелета / В.С. Плотников, Ю.Е. Морозов.

    – Текст : непосредственный // Актуальные проблемы судебной медицины: сб. тез. науч.- практ. конф. с междунар. участием, посвящ. 200-летию со дня рождения Д.Е. Мина, 27–28 марта 2018 г. – М. : Первый МГМУ им. И.М. Сеченова, 2018. – С. 102–103.

Морфологические свойства резаных повреждений кожи и волос головы, причиненных консервной жестью / Саркисян Б.А., Карпов Д.А., Шадымов М.А.

// Медицинская экспертиза и право. — 2010. — №6. — С. 31-33.

Актуальные вопросы проведения судебно-медицинских экспертиз при травмах глаз / Кулеша Н.В. // Избранные вопросы судебно-медицинской экспертизы. — Хабаровск, 2019. — №18. — С. 114-117.

Редкий случай проникающего в полость черепа колото-резаного ранения головы / Раснюк С.В., Семов И.В., Кислов М.А., Миллер И.В. // Судебная медицина. — 2018. — №3. — С. 32-34.

Актуальные вопросы проведения судебно-медицинских экспертиз при травмах глаз / Кулеша Н.В. // Избранные вопросы судебно-медицинской экспертизы. — Хабаровск, 2019. — №18. — С. 114-117.

Судебно-медицинская оценка повреждений в случаях ненасильственной смерти / Корнейчук Г.В., Власюк И.В. // Избранные вопросы судебно-медицинской экспертизы. — Хабаровск, 2019. — №18. — С. 101-105.

Права потерпевших на объективное рассмотрение дел в процессах (с медико-биологических и судебно-медицинских позиций экспертных исследований) / Козырев В.А., Калинин Р.В. // Медицинская экспертиза и право. — 2010. — №5. — С. 13-16.

больше материалов в каталогах

Повреждения головы

Установление степени вреда, причиненного здоровью человека

Решение Верховного суда: Определение N 41-УД15-2 от 11.03.2015 Судебная коллегия по уголовным делам, кассация

  • ВЕРХОВНЫЙ СУД
  • РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  • Дело № 41-УД15-2
  • КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
  • гор. Москва 11 марта 2015 года
  • Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего судьи Кузнецова В.В.,

судей Кондратова П.Е. и Смирнова В.П.

при ведении протокола секретарем Сергеевым А.В.,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу потерпевшего К на постановление Шахтинского городского суда Ростовской области от 28 февраля 2014 г., апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Ростовского областного суда от 29 апреля 2014 г. и постановление президиума Ростовского областного суда от 30 октября 2014 г. в отношении Прохорова А.В.,

  1. установила:
  2. по постановлению Шахтинского городского суда Ростовской области от 28 февраля 2014 г. уголовное дело в отношении
  3. Прохорова А В
  4. судимого 17

апреля 2007 г. по ч. 3 ст. 159 УК РФ, с учетом постановления

  • суда от 16 июля 2009 г., к 2 годам 5 месяцам лишения
  • свободы, освобожденного по отбытию срока наказания,
  • обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного

ч. 1 ст. 111 УК РФ,

прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Ростовского областного суда от 29 апреля 2014 г. указанное постановление суда оставлено без изменения.

Постановлением президиума Ростовского областного суда от 30 октября 2014 г. постановление и апелляционное определение оставлены без изменения.

Заслушав доклад судьи Кондратова П.Е. о содержании постановления суда, доводах кассационной жалобы, выслушав выступление

прокурора Титова Н.П., предложившего постановление суда и последующие судебные решения в отношении Прохорова А.В. отменить и возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, Судебная коллегия

установила:

органами предварительного расследования Прохоров А.В. обвинялся по ч. 1 ст. 111 УК РФ в умышленном причинении потерпевшему К тяжкого вреда здоровью, опасного для его жизни.

Суд, однако, в ходе судебного разбирательства признал установленным причинение Прохоровым А.В. вреда здоровью К средней тяжести не опасного для жизни потерпевшего и не повлекшего последствий указанных в ст.

111 УК РФ, но вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности менее чем на одну треть, с учетом чего переквалифицировал действия Прохорова А.В. с ч. 1 ст. 111 УК РФ на ч. 1 ст.

112 УК РФ и прекратил в отношении него уголовное дело в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В кассационной жалобе потерпевший К выражая несогласие с вынесенными по уголовному делу судебными решениями указывает на незаконность переквалификации действий Прохорова А.В. и прекращения уголовного дела. Обращает внимание на то, что в постановлении о привлечении Прохорова А.В.

в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении при описании преступного деяния Прохорову А.В.

вменялось причинение ему телесных повреждений опасных для жизни и повлекших неизгладимое обезображивание лица но по ошибке последний квалифицирующий признак был пропущен в окончательной формулировке обвинения, которая оказалась не соответствующей описанию существа обвинения.

Полагает, что в связи с допущенной ошибкой, препятствующей постановлению законного решения, суд должен был вынести на основании ст. 237 УПК РФ постановление о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Считает также, что указанные обстоятельства, в нарушение требований закона, были проигнорированы судами апелляционной и кассационной инстанций, а выводы этих судов о том, что судом первой инстанции не было установлено неизгладимого обезображивания лица, является необоснованным, так как суд первой инстанции вообще не исследовал данное обстоятельство, сославшись на положения ст. 252 УПК РФ. Настаивая на том, что заключениями экспертов №№ 1519 и 4940, которые учитывались судом при принятии решения по делу, установлен факт причинения ему Прохоровым А.В телесных повреждений, признанных неизгладимыми, просит вынесенные по делу судебные решения отменить и возвратить дело прокурору по основанию, предусмотренному п. 1ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Проверив материалы уголовного дела и изучив доводы, приведенные потерпевшим К в его жалобе, Судебная коллегия полагает, что имеются достаточные основания для ее удовлетворения.

Согласно ч. 1 ст. 401.

15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела; При этом, как предусматривается частью 3 данной статьи Уголовно процессуального кодекса Российской Федерации, приговор, определение постановление суда и все последующие судебные решения отменяются с возвращением уголовного дела прокурору, если при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке будут выявлены обстоятельства указанные в ч. 1 и п. 1 ч. 1.2 ст. 237 УПК РФ.

Одним из таких обстоятельств, которое согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ влечет возвращение уголовного дела прокурору, является составление обвинительного заключения с нарушением требований Уголовно процессуального кодекса Российской Федерации, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Определяя требования, которым должно отвечать обвинительное заключение, законодатель в ст. 220 УПК РФ установил, что в этом процессуальном акте, в частности, должны быть указаны: существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела (п. 3 ч.

1), а также формулировка предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающих ответственность за данное преступление (п. 4 ч. 1). По смыслу уголовно-процессуального закона, указанные положения обвинительного заключения должны быть согласованы между собой, второе должно вытекать из первого.

Между тем, как усматривается из содержания обвинительного заключения по настоящему уголовному делу, существо обвинения выдвинутого в отношении Прохорова А.В.

, сводится к тому, что он в ходе ссоры с К нанес ему кулаком удар в лицо, в результате чего К были причинены телесные повреждения, которые согласно заключению эксперта являются неизгладимыми и квалифицируются как тяжкий вред, причиненный здоровью человека, по признаку опасности для жизни; эти телесные повреждения, и, кроме того, являются повлекшими обезображивание лица К Такое обвинение фактически было поддержано в суде государственным обвинителем, который в прениях сторон настаивал на доказанности виновности Прохорова А.В. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, а именно в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего как по признаку его опасности для жизни, так и по признаку неизгладимого обезображивания лица.

При этом, однако, в формулировку предъявленного Прохорову А.В обвинения в обвинительном заключении оказалось включенным указание только на то, что своими действиями он совершил преступление предусмотренное ч. 1 ст.

111 УК РФ, — умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека; указание же на то, что этими действиями потерпевшему причинено неизгладимое обезображивание лица в этой формулировке отсутствует.

Составленное таким образом обвинительное заключение порождает для суда неопределенность в вопросе о том, в каком именно преступлении, с какими признаками состава преступления обвиняется Прохоров А.В.

В такой ситуации, с учетом неопределенности объема предъявленного Прохорову А.В. обвинения, суд оказывается лишенным возможности провести судебное разбирательство и вынести по делу законное и справедливое итоговое решение с соблюдением предписаний ст. 252 УПК РФ, согласно которым судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Тем не менее, Шахтинский городской суд Ростовской области не принял мер к устранению противоречивости и неопределенности предъявленного Прохорову А.В. обвинения и не возвратил в соответствии с ч. 3 ст. 401.15, ст.

237 УПК РФ уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, а, сославшись на положения ст.

252 УПК РФ, отказался от принятия решения по существу доводов стороны обвинения о наличии неизгладимого обезображивания лица потерпевшего как выходящих за пределы сформулированного в обвинительном заключении обвинения и направленных на возможное ухудшение положения обвиняемого.

Суды апелляционной и кассационной инстанций ошибку, допущенную судом первой инстанции, не исправили.

При таких обстоятельствах Судебная коллегия находит, что при рассмотрении уголовного дела в отношении Прохорова А.В.

были допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые ограничили права сторон в состязательном процессе и повлияли на исход дела исказив тем самым саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, в связи с чем как постановление Шахтинского городского суда Ростовской области от 28 февраля 2014 г.

, так и последующие судебные решения по данному делу подлежат отмене. Уголовное же дело надлежит возвратить прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, в том числе для пересоставления обвинительного заключения с целью устранения имеющихся в нем противоречий между описанием существа обвинения и его формулировкой.

Исходя из изложенного и руководствуясь ст. 401.14, 401.15 УПК РФ Судебная коллегия

определила:

постановление Шахтинского городского суда Ростовской области от 28 февраля 2014 г., апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Ростовского областного суда от 29 апреля 2014 г.

и постановление президиума Ростовского областного суда от 30 октября 2014 г. в отношении Прохорова А В отменить, возвратить уголовное дело прокурору г.

Шахты Ростовской области для устранения препятствий его рассмотрения судом Председательствующий — судья Судьи:

Неизгладимое обезображивание лица: понятие и проблемы правоприменения

Захорольных, И. Р. Неизгладимое обезображивание лица: понятие и проблемы правоприменения / И. Р. Захорольных. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2021. — № 12 (354). — С. 117-119. — URL: https://moluch.ru/archive/354/79266/ (дата обращения: 11.10.2021).



Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью закреплено в статье 111 УК РФ и нацелено, в том числе, на защиту и охрану здоровья отдельной личности. Состав преступления сконструирован таким образом, что между действиями преступника и последствиями в виде тяжкого вреда здоровью у потерпевшего должна существовать следственно-причинная связь.

Диспозиция статьи 111 УК РФ в качестве одного из признаков тяжкого вреда здоровью выделяет неизгладимое обезображивание лица. Прежде всего, хотелось бы остановиться на терминах «неизгладимость» и «обезображивание».

Под неизгладимыми изменениями следует понимать такие повреждения лица, которые с течением времени не исчезают самостоятельно (без хирургического устранения рубцов, деформаций, нарушений мимики и прочее, либо под влиянием нехирургических методов) и для их устранения требуется оперативное вмешательство (например, косметическая операция) [1]. Стоит отметить, что факт неизгладимости повреждения лица устанавливается судебным экспертом, поэтому неизгладимость можно отнести к медицинскому критерию.

С другой стороны, законодательство использует термин «обезображивание», но не дает ему определение, что некоторое время вызывало вопросы.

Однако в 2016 году Верховный суд указал: «Акты действующего законодательства не устанавливают критерии (признаки) такого понятия как «красота» и его антонима «безобразие» применительно к лицу человека, поэтому понятие «обезображивание», вопреки утверждениям административного истца, относится не к медицине, а к эстетике и носит индивидуально-определенный и оценочный характер» [2].

Таким образом, неизгладимое обезображивание в качестве признака тяжкого вреда обладает двумя взаимосвязанными критериями.

Как уже было сказано ранее, неизгладимость можно отнести к медицинскому критерию, так как оно связано с повреждением в контексте невозможности его устранения при врачебном вмешательстве.

Кроме того, именно судебный эксперт устанавливает неизгладимость, что также говорит именно о медицине.

Второй критерий (обезображивание) является эстетическим. На это указал Верховный суд РФ, мы можем с этим согласиться, так как не каждое неизгладимое повреждение действительно может обезобразить лицо.

Именно поэтому установление факта обезображивания находится в полномочиях суда, а не эксперта, так как судебно-медицинская экспертиза не сможет объективно ответить на, прежде всего, эстетический вопрос.

Судья же, в свою очередь, в силу своего судейского усмотрения сможет определить, явилось ли неизгладимое повреждение обезображиванием.

Так, например, Харовский районный суд Вологодской области в 2020 году указал, что с учетом заключения эксперта о неизгладимости телесных повреждений признает, что рубец щечной области слева обезображивает лицо потерпевшего и придает ему отталкивающий, эстетически неприглядный внешний вид.

В связи этим, суд пришел к выводу о неизгладимом обезображивании лица потерпевшего, а потому о причинении ему тяжкого вреда здоровью по данному признаку [3].

В данном случае мы можем наблюдать, как два взаимосвязанных критерия, медицинский и эстетический, помогают установить признак тяжкого вреда здоровью.

В другом случае Борисовский районный суд Белгородской области указал, что повреждения в виде порезов на лице, хотя и неизгладимые, являются незаметными и не обезображивают лицо потерпевшего [4].

Можно утверждать, что критерий неизгладимости является первичным по отношению к обезображиванию, однако эстетический признак не теряет своей важности, так как в каждом конкретном деле суды действительно исследуют, насколько же лицо потерпевшего обезображено и приносит ли ему этот факт какой-либо дискомфорт. В связи с этим можно сформулировать определение понятия обезображивания, так как его нет в законодательстве в отличие от неизгладимости. Обезображивание — это повреждение лица, которое придает потерпевшему отталкивающий, неприятный вид, исходя из эстетических понятий о привлекательности человеческого лица.

В науке выделяет проблема, которая прямо связана с неизгладимым обезображиванием. Эта проблема заключается в слишком узкой трактовке места локализации такого обезображивания, то есть повреждение должно быть только на лице потерпевшего, иначе оно уже не будет признаком тяжкого вреда здоровью.

С одной стороны, обезображивание должно быть видимым общественности, то есть его нельзя скрыть под одеждой. Только в таком случае это действительно становится проблемой для восприятия человека другими и может причинять ему дискомфорт.

То есть незаметное для взгляда окружающих повреждение может действительно быть неизгладимым, однако в силу сокрытия его под обычной одеждой, оно перестает мешать воспринимать человека, так как визуально наблюдается только потерпевшим.

С другой стороны, признак обезображивания должен относиться не только к лицу и признаваться тяжким вредом здоровью, даже если повреждение можно скрыть под повседневной одеждой. Например, И. А.

Шаматульский, говоря о повреждении голени профессиональной модели, указывает: «Даже неизгладимый рубец на голени обезображивает определенную часть тела и может причинять психические страдания человеку, приносить ему социальные ограничения» [5].

Кроме того, обезображиваться может даже не само лицо, а близкие к нему области, то есть шея, кисти, ладони и пальцы.

Обезображивание любой части тела, прежде всего, заставляет испытывать дискомфорт и в том случае, когда повреждение можно скрыть под одеждой.

«Закрытые» одеждой части тела (например, грудь, живот, спина) могут быть также обезображены, и это явно негативно скажется на физическом, психическом, социальном качестве жизни человека [6].

Также стоит отметить, что одинаковые повреждения у двух разных людей в одном случае могут действительно обезображивать облик человека и причинять ему дискомфорт в силу его профессии или иных обстоятельств, а в другом случае человек не обратить внимания на такие повреждения. Однако при любом из вышеописанных случаев повреждения могут мешать воспринимать человека окружающим или лишить его работы.

В связи с этим некоторые ученые предлагаю внести изменения в статью 111 УК РФ. Например, Е. В. Безручко указывает: «слова «или выразившегося в неизгладимом обезображивании лица» заменить словами «или выразившегося в неизгладимом обезображивании лица или любой части тела» [7].

Мы полностью согласны с таким изменением диспозиции статьи 111 УК РФ, так как обезображивание может действительно касаться любой части тела.

Кроме того, само по себе неизгладимое обезображивание всегда причиняет дискомфорт потерпевшему, является причиной неуверенности, придает ему эстетически отталкивающий вид, так как не всегда можно скрыть повреждение, даже если оно находится не на лице.

Таким образом, обезображивание — это, прежде всего, не прямая угроза жизни потерпевшего, а физическая травма, которая может полностью изменить внешность человека, а соответственно её восприятие окружающими.

Современная трактовка диспозиции в статье 111 УК РФ не позволяет, на наш взгляд, должным образом квалифицировать неизгладимое обезображивание любой иной части тела, кроме лица, что ведет к смягчению ответственности лиц, которые своим действиями изменили внешний вид потерпевшего в худшую сторону.

Вышеназванное изменение в законодательстве позволит квалифицировать повреждения в качестве тяжкого вреда здоровью в виде неизгладимого обезображивания на любой части тела, что будет в большей степени соответствовать основной цели данной статьи — защита и охрана здоровья и жизни человека.

Литература:

  1. Приказ Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г. N 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека». — электронный // Гарант: [сайт]. — URL: https://base.garant.ru/12162210/ (дата обращения: 04.12.2020).

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *