Изменение меры пресечения

Наличие достаточных данных о том, что подозреваемый или обвиняемый скроется от органов следствия и суда, продолжит заниматься преступной деятельностью или иным путем воспрепятствует производству по уголовному делу не является безусловным основанием для избрания ему меры пресечения в виде заключения под стражу.

Нарушение обвиняемым ранее избранной меры пресечения в определенных случаях также не может быть признано неоспоримым поводом для его ареста. Об этом говорится в проекте постановления пленума Верховного суда (ВС) РФ о судебной практике по уголовным делам.

Не спешить с арестом Высшая инстанция указывает, что ни одна из мер пресечения, в том числе заключение под стражу, не может быть избрана подозреваемому или обвиняемому, если в ходе судебного заседания не будут установлены достаточные данные полагать, что он скроется от дознания, предварительного следствия или суда, продолжит заниматься преступной деятельностью, уничтожит доказательства или иным путем воспрепятствует производству по уголовному делу.

«Судам следует иметь в виду, что наличие таких данных еще не свидетельствует о необходимости применения к лицу самой строгой меры пресечения в виде заключения под стражу. Решая вопрос об избрании меры пресечения и о продлении срока ее действия, суд обязан в каждом случае обсудить возможность применения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления любой категории иной, более мягкой, чем заключение под стражу, меры пресечения вне зависимости от наличия ходатайства об этом сторон, а также от стадии производства по уголовному делу», — следует из тексте постановления.

  • Кроме того, суды обязаны рассмотреть возможность применения к подозреваемому или обвиняемому более мягкой меры пресечения даже в том случае, если он скрылся от органов предварительного расследования или от суда, нарушил ранее избранную меру пресечения или не имеет постоянного места жительства на территории РФ, но при условии совершения им преступления небольшой тяжести.
  • Мера пресечения для предпринимателей
  • ВС напоминает судам о специфике избрания меры пресечения в отношении индивидуальных предпринимателей, а также членов органа управления коммерческой организации, подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных частями 1–4 статьи 159, статьями 1591–1593, 1595, 1596, 160, 165 и 201 УК РФ.

Так, при поступлении ходатайства о заключении под стражу указанных лиц, судам следует проверять, приведены ли в материалах конкретные сведения, подтверждающие выводы о том, что преступление совершено не в связи с осуществлением обвиняемым (подозреваемым) предпринимательской деятельности или управлением принадлежащим ему имуществом, используемым в целях предпринимательской деятельности, а также не в связи с осуществлением им полномочий по управлению организацией. При отсутствии указанных сведений такое ходатайство удовлетворению не подлежит, отмечает ВС.

Исчисление срока ареста

Высшая инстанция подчеркивает важность правильного установления даты окончания срока содержания под стражей. Для этого судам необходимо учитывать положения части 10 статьи 109 УПК РФ.

  1. «В срок содержания под стражей засчитывается время: на которое лицо было задержано в качестве подозреваемого; запрета выходить в определенные периоды времени за пределы жилого помещения, в котором оно проживает; домашнего ареста; принудительного нахождения в медицинских организациях, оказывающих медицинскую или психиатрическую помощь в стационарных условиях, по решению суда; в течение которого лицо содержалось под стражей на территории иностранного государства по запросу об оказании правовой помощи или о выдаче его Российской Федерации в соответствии со статьей 460 УПК РФ», — разъясняет пленум.
  2. Проверка доводов следствия
  3. При рассмотрении ходатайств о продлении срока содержания обвиняемых под стражей суду следует проверять обоснованность доводов органов предварительного расследования о невозможности своевременного окончания расследования.

«В случае, когда ходатайство о продлении срока содержания под стражей возбуждается перед судом неоднократно и по мотивам необходимости выполнения следственных действий, указанных в предыдущих ходатайствах, суду надлежит выяснять причины, по которым они не были произведены. Если причина, по мнению суда, заключается в неэффективной организации расследования, это может явиться одним из обстоятельств, влекущих отказ в удовлетворении ходатайства», — говорится в тексте документа.

ВС также указывает, что сама по себе необходимость дальнейшего производства следственных действий не может выступать в качестве единственного и достаточного основания для продления срока содержания обвиняемого под стражей. Решение суда о продлении срока ареста должно основываться на фактических данных, подтверждающих необходимость сохранения этой меры пресечения.

Применение залога

Пленум обращает внимание судов, что при рассмотрении ходатайств об избрании мер пресечения в виде домашнего ареста и заключения под стражу, а также о продлении данных мер следует обсуждать возможность применения к подозреваемому или обвиняемому залога при наличии к тому оснований. При этом суд вправе вынести данный вопрос на обсуждение сторон и по своей инициативе.

«Если суд придет к выводу, что назначение залога само по себе недостаточно для достижения цели применения меры пресечения, он вправе в соответствии с частью 81 статьи 106 УПК РФ дополнительно возложить на подозреваемого или обвиняемого обязанности по соблюдению одного или нескольких запретов, предусмотренных частью 6 статьи 1051 УПК РФ, с приведением в своем решении мотивов, по которым он пришел к выводу о необходимости применения таких запретов», — поясняет ВС.

Никита Ширяев

Самостоятельное ходатайство стороны защиты об отмене/изменении меры пресечения в виде заключения под стражу. Допустима ли такая вариация в современных условиях?!

Недавно на интернет сайте «Адвокатской газеты» между адвокатами Колосовским С. и Гривцовым А.

возникала дискуссия о том, как защитнику по уголовному делу лучше всего использовать такой механиз защиты прав своего доверителя как обращение в суд по месту производства предварительного расследования с самостоятельным ходатайством об отмене/изменении меры пресечения в виде содержания под стражей…..

Я и мой коллега по работе в суде, имеем отличное от представителей адвокатского сообщества мнение, поэтому нами была написана статья по данной теме, опубликованная в майском номере журнала «Уголовный процесс» за 2019 г. Часть статьи публикую на сайте с разрешения главного редактора журнала Рамазанова И.Р.

И так….

Казалось бы, что действующие положения УПК РФ, а именно главы 13 исключают какую – либо правовую неопределенность при разрешении вопросов об избрании и продлении срока действия меры пресечения в виде содержания под стражей. Однако, анализ актуальной правоприменительной практики указывает на наличие спорных и неоднозначных ситуации в данной области уголовного процесса.

Наиболее «острыми» и в последнее время часто встречающимися ситуациями, правовую определенность которых нельзя считать абсолютной, являются случаи направления от обвиняемых и их защитников ходатайств в суд в рамках досудебного производства по уголовному делу с требованием об отмене/изменении меры пресечения в виде содержания под стражей. Действительно, за последние несколько лет количество подобного рода ходатайств возросло.

Примечательно, что такие самостоятельные ходатайства стороны защиты принимаются некоторыми судами к производству и рассматриваются по существу в судебном заседании, с вынесением итогового процессуального решения и разъяснением права на его апелляционное обжалование.

К примеру, Постановлением Верх – Исетского районного суда г.

Екатеринбурга от 03 ноября 2017 года, отказано в удовлетворении самостоятельного ходатайства стороны защиты о внесении изменении в ограничения, назначенные судом при избрании меры пресечения в виде домашнего ареста в отношении обвиняемого М.

При этом, суд при рассмотрении ходатайства стороны защиты исследовал судебный материал, сформированный ранее при избрании меры пресечения по ходатайству следователя, а также исследовал доводы суда первой и апелляционной инстанции, содержащиеся в мотивировочной части решении о невозможности избрания обвиняемому М. иной, не связанной с изоляцией от общества, меры пресечения. Также, суд указал, что в судебном заседании обвиняемый и его защитник не привели доводов о реальном изменении обстоятельств, которые ранее были учтены судом при назначении и сохранении действующих в настоящее время ограничении.

  • Аналогичная практика рассмотрения самостоятельных ходатайств стороны защиты об отмене меры пресечения в виде содержания под стражей или её замены на залог/домашний арест встречается и в других субъектах РФ.
  • В свою очередь, полагаю, что такая практика является некорректной, поскольку основана на неправильном толковании правового содержания и назначения положении статей 106, 107, 109 и 110 УПК РФ.
  • Изначально, стоит сказать о том, что действующая до 2018 года редакция части 7 и 8 статьи 109 УПК РФ ,предусматривающая возможность продления срока содержания под стражей до момента окончания ознакомления обвиняемого с материалами уголовного дела и направления прокурором дела в суд, теоретически позволяла участникам уголовного судопроизводства со стороны защиты обращаться в суд с самостоятельными ходатайством об отмене указанной меры пресечения.

Заявление такого рода ходатайства было возможным как раз из-за отсутствия четких временных рамок действия меры пресечения, что наделяло обвиняемого и его защитника правом в любой момент производства по уголовному делу заявить ходатайство об отмене или изменении данной меры пресечения, и не препятствовало суду принять соответствующее решение по такому обращению, о чем несколько раз указывал Конституционный Суд РФ в своих правовых позициях (см. к примеру, Определение КС РФ от 06 июня 2003 года №184 – О, Определение от 19.03.2009 года №271 – О – О).

  1. Но, поскольку ныне актуальная редакция части 7 и 8 статьи 109 УПК РФ предусматривает допустимость продления срока содержания под стражей только в пределах испрашиваемого органом следствия срока, то и возможность направления в суд стороной защиты самостоятельных ходатайств в настоящее время не предусмотрена.
  2. Что касается наличия выше указанных нами решений КС РФ, то стоит сказать о том, что изложенные в них правовые позиции, касающиеся предоставления стороне защиты возможности обращения в суд с самостоятельным ходатайством, утратили свою силу, поскольку нормы УПК РФ, являющиеся предметом конституционной проверки видоизменились, а значит такие правовые позиции утратили свою общеобязательную и непреодолимую конституционно – правовую трактовку для актуальной правоприменителной практики, то есть прекратили своё действие во времени.
  3. Анализ судебной практики в совокупности с позициями отдельных представителей адвокатского сообщества относительно возможности направления в суд по месту производства предварительного расследования самостоятельного ходатайства об отмене/изменении меры пресечения показал, что правовой основой для подобного рода обращении выступают положения части 2 статьи 106 и части 8 статьи 107 УПК РФ.
Читайте также:  Обжалование приговоров

По мнению отдельных представителей адвокатского сообщества, указанные положения УПК РФ позволяют защитнику напрямую обратиться в суд с ходатайством об изменении меры пресечения на стадий предварительного расследования. К слову, схожие доктринальные мнение встречаются и среди других представителей юридической профессии, в том числе и судей.

Между тем, исходя из нормативно-смысловой конструкции положении части 2 статьи 106 и части 8 статьи 107 УПК РФ, сторона защиты действительно может заявить ходатайство об изменении меры пресечения на залог/домашний арест/изменении вида наложенных ограничении, но только в рамках рассмотрения судом основного ходатайства об избрании/продлении меры пресечения, которое инициируется следователем/дознавателем в производстве которого находится уголовное дело.

Именно об альтернативном, но никак не самостоятельном характере ходатайства стороны защиты об изменении меры пресечения, свидетельствуют разъяснения, содержащиеся в пункте №3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года №41 , а также наиболее авторитетные научно – практические комментарии по вопросам практики применения уголовно – процессуальных норм.

Полагаю, что во многом ошибочная практика рассмотрения отдельных ходатайств стороны защиты по вопросам, связанным с отменой/изменением мер пресечения, вызвана отсутствием системного применения и понимания положении статьи 110 УПК РФ.

В соответствии с указанной нормой УПК РФ, мера пресечения отменяется в том случае, когда в её действии отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда меняются основания, имеющие место быть при её избрании, закрепленные в нормах статей 97 и 98 УПК РФ.

Отмена/изменение действующей меры пресечения производится по постановлению дознавателя, следователя или по решению суда.

В данном аспекте, важно понимать, что решение следователя об освобождении лица из-под стражи и(или) об изменении меры пресечения на более мягкую, принимаемое в ходе досудебного производства, не связано с нарушением или ограничением конституционного права обвиняемого на свободу и личную неприкосновенность, так как принимается в его интересах, и поэтому не требует принятия какого – либо специального судебного решения.

Таким образом, по смыслу ч. 2 ст. 110 УПК РФ, придаваемому данной норме правоприменительной практикой и надлежащим юридическим толкованием, ходатайство об отмене или изменении меры пресечения в виде содержания под стражей подлежит рассмотрению и разрешению тем органом или лицом, в производстве которого в конкретный момент находится уголовное дело.

Действительно,ранее статья 110 УПК РФ в части 4 закрепляла императивное правило, согласно которому мера пресечения, избранная на основании судебного решения, могла быть изменена или отменена только посредством принятия соответствующего судебного решения.

Однако, положения часть 4 статьи 110 УПК РФ утратили силу, после внесения поправок Федеральным законом от 04 июня 2003 года №92 – ФЗ.

Таким образом, взаимосвязанные положения статей 106, 107, 109 и 110 УПК РФ не предусматривают возможности для участников уголовного судопроизводства со стороны защиты направлять в суд по месту производства предварительного расследования самостоятельные ходатайства об отмене/изменении меры пресечения.

Иное истолкование приведенных норм УПК РФ будет создавать неблагоприятную ситуацию в виде злоупотребления правом, в первую очередь, со стороны защиты.

Ведь достаточно легко представить ситуацию, когда обвиняемый и его защитник, получив отказ в удовлетворении подобного рода ходатайства, будут направлять в суд аналогичные обращения еженедельно, что может негативно отразиться на эффективности осуществления предварительного расследования.

Возникает актуальный вопрос – какое решение и в рамках какой процедуры должен принять суд, в случае поступления от защитника/обвиняемого ходатайства об отмене/изменении меры пресечения?

Полагаю, что данное ходатайство должно быть расценено как непроцессуальное обращение, в соответствии с положениями Федерального закона от 02 мая 2006 года №59 – ФЗ «О порядке рассмотрения обращении граждан РФ» и, соответственно, возвращено заявителю, поскольку его разрешение, ввиду того, что уголовное дело находится в производстве органа предварительного следствия (дознания), а не суда, не представляется возможным. Сразу оговорим, что здесь речь не идет о ситуациях, когда указанные обращения подаются в суд во время рассмотрения им материала в обоснование ходатайства о продлении срока действия меры пресечения.

К примеру, В Челябинский областной суд 26 сентября 2018 года от защитников обвиняемого Н.Н.В. поступило ходатайство об изменении меры пресечения с заключения под стражу на домашний арест.

В ходатайстве защитник сослался на то, что постановлением Челябинского областного суда от 20 июня 2018 года удовлетворено ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей в отношении его подзащитного , уголовное дело в отношении которого в последствии было направлено в Ленинский районный суд г. Челябинска.

По итогам предварительного слушания, 03 августа 2018 года, Ленинский районный суд г. Челябинска вернул уголовное дело в отношении Н.Н.В. прокурору в порядке статьи 237 УПК РФ.

Доводы ходатайства сводились к субъективному утверждению о том, что основания, предусмотренные статьей 97 УПК РФ изменились и утратили свою актуальность, а поскольку общий срок содержания обвиняемого под стражей составляет 12 месяцев, то, по мнению защитника, такое ходатайство должен рассматривать именно суд среднего звена. По итогам предварительного изучения указанного ходатайства, было принято решение об отказе в его принятии и возвращению заявителю.

Если же указанное ходатайство стороны защиты было рассмотрено судом по существу в судебном заседании и на итоговое процессуальное решение была принесена апелляционная жалоба/представление, то суд апелляционной инстанции должен принять решение о прекращении производства по жалобе/представлению, руководствуясь положениями части 2 статьи 110 и пунктом 10 части 1 статьи 389.20 УПК РФ. Такая судебная практика имеется, и она представляется правильной.

Отдельно, хотелось обратить особое внимание на то, что многие адвокаты, мотивируют возможность обращения в суд с самостоятельным ходатайством об изменении меры пресечения, ссылаясь на решения Конституционного Суда РФ, выраженные в Постановлении от 26 ноября 2002 года №16 – П, а также в Определении от 04 ноября 2004 года №342 – О по делу о проверке конституционности отдельных положении уголовно – исполнительного кодекса РФ.

Из смысла правовых позиции, изложенных в указанных решениях следует, что не указание в законе стороны защиты как субъекта заявления ходатайства в суд по вопросу, решение которого входит в компетенцию суда, не является препятствием для самостоятельного обращения стороны защиты с таким ходатайством в суд. При этом, представители адвокатского сообщества особо подчеркивают, что в Определении №342 – О имеется указание КС РФ на то, что его позиция, сформулированная по рассматриваемому вопросу, распространяется на все однородные правовые ситуации.

Полагаю, что всё же представители адвокатского сообщества заблуждаются, полагая, что указанные правовые позиции КС РФ могут быть применены к разрешению вопроса о мере пресечения в частности, и к самому уголовному процессу, в целом.

https://www.youtube.com/watch?v=gItB9iJIGlY

Не вдаваясь в теоретические подробности сущности и пределов распространения решении КС РФ, отмечу, что правовые позиции, которые содержат в себе решения органа конституционного контроля является следствием выявления истинного конституционно – правового смысла конкретных норм федерального законодательства, которые выступают предметом их проверки в рамках конституционного судопроизводства и регулируют конкретное правоотношение в рамках четко обозначенной сферы отраслевого законодательства.

Иными словами, вышеуказанные правовые позиции КС РФ, на которые ссылается сторона защиты, не могут быть применены к сфере уголовно – процессуальных отношении, поскольку в них раскрыт смысл норм права, которые регулируют иную сферу, а именно уголовно – исполнительную, которая имеет отличный от уголовного процесса предмет, объект, а также собственную цель и задачи. Таким образом, правовые позиции КС РФ из Постановления №16 – П и Определения №342 – О не могут быть применены по аналогии к уголовно – процессуальным отношениям, поскольку раскрывают смысл норм иной отрасти права.

Спасибо за внимание)

Заключение под стражу. Как изменить меру пресечения?

  • Заключение под стражу является наиболее строгой мерой пресечения и в большинстве случаев неоднократно продлевается вплоть до вынесения приговора.
  • Именно на стадии избрания меры пресечения можно с максимальной долей вероятности избежать заключения под стражу и получить менее строгую меру пресечения.
  • В дальнейшем, изменить заключение под стражу на менее строгую меру пресечения будет крайне затруднительно.
  • Согласно закону, помимо общих условий, для применения любой меры пресечения, заключение под стражу может быть избрано, лишь при одновременном наличии следующих условий:
  • обвинение в совершении преступлений, за которые предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 3 лет;
  • при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения;
Читайте также:  Юридические услуги при ДТП (дорожно-транспортных происшествиях)

На практике, такая мера пресечения избирается лицам, обвиняемым в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, а также в случаях, когда обвиняемый систематически нарушает избранную ему менее строгую меру пресечения.

Изменить такую меру пресечения без активных действий со стороны защиты является крайне затруднительным.

В каких случаях нельзя избрать  заключение под стражу

В ряде случаев, закон прямо запрещает избирать заключение под стражу, к таким случаям относятся:

  • подозрение или обвинение в совершении преступлений, предусмотренных статьями 159 — 159.3, 159.5, 159.6, 160, 165 УК РФ, если эти преступления совершены в сфере предпринимательской деятельности;
  • подозрение или обвинение в совершении преступлений, предусмотренных статьями 171 — 174, 174.1, 176 — 178, 180 — 183, 185 — 185.4, 190 — 199.4 УК РФ, при одновременном наличии следующих условий:

— постоянное место жительства на территории РФ; — личность подозреваемого, обвиняемого установлена; — ранее избранная мера пресечения не нарушалась;

— подозреваемый, обвиняемый не предпринимал мер к тому, чтобы скрыться от органов предварительного следствия и суда.

  • совершение несовершеннолетним преступления небольшой тяжести;
  • Наличие у подозреваемого заболевания, входящего в перечень, установленный Постановлением Правительства РФ от 14.01.2011 N 3.

Альтернативы заключению под стражу

Помимо заключения под стражу, УПК РФ предусматривает следуещие меры пресечения:

  • Подписка о невыезде и надлежащем поведении;
  • Личное поручительство;
  • Наблюдение командования воинской части;
  • Присмотр за несовершеннолетним подозреваемым или обвиняемым;
  • Залог;
  • Домашний арест;
  1. Необходимо отметить, что при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, суд обязательно рассматривает возможность применение менее строгой меры пресечения.
  2. Подписку о невыезде и надлежащем поведении не следует рассматривать как альтернативу уже избранному заключению под стражу, поскольку такая мера пресечения является наименее строгой и применяется, в основном, к лицам, подозреваемым или обвиняемым в совершении преступлений, за которые не может быть назначено реальное лишение свободы.
  3. Личное поручительство на практике применяется крайне редко либо не применяется вовсе.
  4. Судебной практике известны случаи, когда суд отказывал в применении такой меры пресечения, когда за подозреваемого, обвиняемого поручались, лица, имеющие высшие государственные награды или звания и должности, в том числе, в структуре МВД.
  5. Наблюдение командования воинской части может применяться исключительно в отношении военнослужащих или граждан, проходящих военные сборы, что существенно ограничивают сферу применения такой меры пресечения.
  6. К сожалению, судебная практика не содержит примеров об изменении заключения под стражу на наблюдение командования воинской части, однако, если вы являетесь военнослужащим, следует рассмотреть такой вариант на стадии избрания меры пресечения.
  7. Присмотр за несовершеннолетним подозреваемым или обвиняемым также возможно рассматривать как альтернативу заключению под стражу лишь на стадии избрания меры пресечения, поскольку вопрос о применении такой меры пресечения обязательно подлежит обсуждении судом при рассмотрении вопроса о заключении под стражу.
  8. Таким образом, реальными альтернативами уже избранному заключению под стражу могут быть следующие меры пресечения:
  9. Отличительной особенностью залога и домашнего ареста, является то, что указанные меры пресечения могут быть применены исключительно на основании судебного решения.
  10. Для изменения меры пресечения в виде заключения под стражу, подозреваемому, обвиняемому или его защитнику следует подать в суд мотивированное ходатайство об изменении меры пресечения.

Залог

Правила такой меры пресечения как залог достаточно просты.

Залог заключается во внесении на депозитный счет суда или органа предварительного расследования денежных средств, а также предоставлении в залог ценностей или недвижимого имущества.

Внести залог может не только сам подозреваемый, обвиняемый, но и любое другое дееспособное лицо.

Важно: денежные средства вносятся только после удовлетворения ходатайства об избрании залога в срок, установленный в постановлении суда.

Законом установлены минимальные суммы залога исходя из категории преступления:

  • не менее 50.000 рублей — по уголовным делам о преступлениях небольшой и средней тяжести;
  • не менее 500.000 рублей — по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях.

Итоговая сумма залога может существенно превышать минимальные размеры и определяется судом с учетом следующих обстоятельств:

  • характер совершенного преступления;
  • личности подозреваемого либо обвиняемого;
  • имущественного положения залогодателя;

Важно: В качестве предмета залога не может служить имущество, на которое не может быть обращено взыскание (например, единственное жилое помещение), а также имущество, уже имеющее обременения (например, находящееся в ипотеке или залоге).

Недвижимое имущество, которое вносится в залог, подлежит обязательной оценке в порядке, установленном Постановлением Правительства РФ от 13.07.2011 N 569.

  • После окончании уголовного судопроизводства (прекращении уголовного дела, вступления в законную силу приговора) залог возвращается залогодателю, если подозреваемым, обвиняемым не было допущено нарушения условий меры пресечения.
  • В случае нарушения меры пресечения, указанное имущество обращается в доход государства.
  • В целях изменения меры пресечения на залог, к ходатайству следует приложить документы, подтверждающие наличие имущества, подлежащего передаче в залог (выписка по счету, правоустанавливающие документы на недвижимость).

Домашний арест

Домашний арест заключается в нахождении подозреваемого, обвиняемого в жилом помещении, в котором он проживает на законных основаниях, с возложением ограничений и (или) запретов и осуществлением за ним контроля.

Суд может применить в подозреваемому, обвиняемому ряд ограничений, в том числе, запретить:

  • выход за пределы жилого помещения, в котором он проживает;
  • общение с определенными лицами;
  • отправку и получение почтово-телеграфных отправлений;
  • использование средств связи и информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Несоблюдение указанных ограничений будет рассмотрено как нарушение меры пресечения и повлечет за собой изменение меры пресечения на заключение под стражу.

В целях осуществления контроля используются специальные технические средства, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 18.02.2013 N 134.

  1. Для применения меры пресечения в виде домашнего ареста, следует представить суду документы подтверждающие законные права на проживание в конкретном жилом помещении (свидетельство (выписка из ЕГРП) о праве собственности, договор найма или аренды).
  2. Кроме того, суды обращают значительное внимание на факт регистрации (постоянной или временной) подозреваемого, обвиняемого в указанном жилом помещении.
  3. В случае, если подозреваемый, обвиняемый проживает в жилом помещении на основании договора найма или аренды, помимо самого договора, целесообразно представить письменное согласие собственника жилого помещения и иных лиц, проживающих в этом помещении, на применение такой меры пресечения.

Примечание:

В данной статье рассмотрены лишь базовые правила назначения и изменения меры пресечения в виде заключения под стражу.

Самостоятельное ходатайство в суд об изменении меры пресечения

Тема заявления в суд по месту производства предварительного расследования самостоятельного ходатайства об изменении в отношении обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу на иную меня как адвоката, практикующего по уголовным делам, привлекала давно.

Необходимо сразу пояснить читателям, что под самостоятельным ходатайством защитника в суд я понимаю не альтернативное ходатайство об избрании менее строгой меры пресечения в процессе судебного рассмотрения ходатайства следователя о заключении под стражу или продлении сроков содержания под стражей, а именно адресованное суду отдельное ходатайство защитника.

В свое время один очень уважаемый мной коллега в кулуарной беседе рассказал, что он указанное ходатайство со ссылками на положения ст. 119–120 УПК РФ в одном из дальних регионов Российской Федерации подавал, и оно было судом рассмотрено.

Я о подобном практическом опыте адвокатов не слышал, ни одного судебного решения, а тем более образца ходатайства защитника в открытых источниках не нашел.

Наверное, найдутся читатели из числа адвокатов, которые скажут, что они такого рода ходатайства готовили и суды их рассматривали, но лично я слышал всего об одном случае, который публично не освещался, и никакой иной информации, несмотря на все предпринятые усилия, не нашел.

Опросы большого числа коллег также не привели к желаемому результату, хотя  мой профессиональный круг общения в силу  вовлеченности в вопросы защиты по уголовным делам весьма обширен.

В общем-то это легко объяснимо: фактически необходимость подачи  самостоятельных ходатайств возникает далеко не всегда. Следователи и так регулярно обращаются в суд с ходатайствами о продлении сроков содержания под стражей, и в процессе рассмотрения такого ходатайства ничто не мешает защитнику заявить ходатайство альтернативное.

Наши судьи изменяют меру пресечения на менее строгую крайне неохотно и лишь при наличии каких-то совсем вопиющих и исключительных обстоятельств.

А излишняя активность защитника по регулярной подаче самостоятельных ходатайств в тот же суд, который в дальнейшем будет рассматривать дело по существу, может быть расценена ими негативно и повлечь в связи с этим ухудшение отношения к потенциальному подсудимому.

Разумеется, возможное раздражение судей от того, что их загружают лишней работой, адвокат может, да и, наверное, должен проигнорировать, если у него есть основания полагать, что его деятельность принесет позитивный для подзащитного результат.

Читайте также:  Защита прав потребителей в сфере ЖКХ

Но в большинстве случаев вопрос о заявлении суду самостоятельного ходатайства об изменении меры пресечения или заявлении такого же ходатайства, но через две недели уже в качестве альтернативного ходатайству следователя не носит принципиального характера: результат в обоих случаях предсказуем.

Другая ситуация может сложиться, когда ситуация является исключительной и вопиющей.

Например, речь идет о выявлении у обвиняемого тяжкого заболевания, препятствующего содержанию под стражей, истечении сроков давности привлечения к уголовной ответственности, амнистии, истечении предельных сроков содержания под стражей и одновременном затягивании  следователем  изменения меры пресечения. В таких обстоятельствах защитник просто обязан отреагировать и принять действенные меры к скорейшему освобождению обвиняемого, а одной из самых эффективных мер как раз и может стать самостоятельное ходатайство в суд по месту производства предварительного расследования об изменении меры пресечения. Размышления на эту тему привели меня к выводу, что, несмотря на огромное желание попытаться сформировать свою собственную, а возможно, и юридическую практику по этому вопросу в целом, следует дождаться подходящего случая.

Подобного случая в моей практике не было долго, но вот мой партнер по бюро, адвокат Алексей Касаткин, рассказал об одном деле, по которому он осуществляет защиту (вот он, главный плюс командной адвокатской работы – возможность обмена мнениями, советами, взаимной помощи, усиления позиции): обвиняемый содержится под стражей свыше предусмотренных ст. 108 УПК РФ сроков, при этом расследование не окончено. Он обвиняется в тяжком преступлении, и следователь за 30 суток до истечения предельного срока предъявил обвиняемому и защитнику материалы уголовного дела в порядке ст. 217 УПК РФ, после чего обратился в суд субъекта Российской Федерации с ходатайством о продлении сроков содержания под стражей. Суд данное ходатайство удовлетворил, и на следующий день после вынесения указанного судебного решения следователь вынес постановление о возобновлении производства следственных действий, приступив к дальнейшему активному расследованию, в том числе допросам новых свидетелей, выемкам, осмотрам документов, вынесению постановлений о выделении в отдельное производство материалов дела и т.п. Таким образом, хотя обвиняемый содержался под стражей более 12 месяцев, производство расследования продолжалось и освобождать подзащитного из-под стражи следователь не собирался, ссылаясь на продленный судом срок. Судебное решение о продлении сроков содержания под стражей было обжаловано в апелляционном порядке, однако в удовлетворении жалобы защитника суд вышестоящей инстанции отказал по тому мотиву, что он оценивает законность конкретного судебного решения на момент его вынесения, а не текущую ситуацию по делу и последующие манипуляции следователя. Не вдаваясь в оценку решения суда апелляционной инстанции, отмечу лишь, что никакого другого варианта для принятия незамедлительных мер к изменению в отношении содержащегося под стражей свыше установленных УПК РФ предельных сроков обвиняемого, кроме подачи соответствующего самостоятельного ходатайства в суд, у защитника, по сути, не оставалось, поскольку до истечения продленного ранее судом срока оставалось еще порядка 2 месяцев.

В связи с этим самостоятельное ходатайство в суд об изменении меры пресечения было подготовлено, и – обрадую читателей новостью о начале формирования определенной практики – оно было даже рассмотрено с вынесением  решения.

В процессе подготовки указанного ходатайства мы столкнулись с рядом проблем:

  • специальных норм в УПК РФ, регламентирующих возможность подачи защитником ходатайства в суд об изменении меры пресечения, а тем более порядок рассмотрения такого ходатайства, не существует, то есть можно было ссылаться на общие положения ст. 119–122 УПК РФ;
  • судебной практики, несмотря на все предпринятые усилия, обнаружено не было;
  • какие-либо разъяснения Верховного Суда РФ, которые описывали бы порядок заявления таких ходатайств, сроки их рассмотрения, необходимость приобщения к ходатайствам копий материалов дела по этому вопросу также отсутствуют;
  • с учетом того, что срок содержания под стражей превышал 12 месяцев, возникал вопрос о том, в какой суд надлежит подавать ходатайство (районный суд или суд субъекта РФ);
  • учитывая, что вопросы избрания в отношении обвиняемого меры пресечения в виде подписки о невыезде не входят в компетенцию суда, а предельные сроки содержания обвиняемого под домашним арестом также истекли, возможно было ходатайствовать лишь об изменении меры пресечения на залог.

В итоге ходатайство было подготовлено нами фактически по собственному усмотрению, и, учитывая, что суд дал ему юридическую оценку, можно уже сейчас утверждать, что его форма, а также порядок подачи нами были соблюдены. Оно содержало ссылки на общие нормы ст.

119–121 УПК РФ, позволяющие защитнику заявлять перед судом ходатайства; положения ст. 106 УПК РФ о том, что мера пресечения в виде залога избирается только судом и ходатайствовать об избрании меры пресечения помимо следователя может также подозреваемый, обвиняемый и иное физическое лицо; нормы ст.

110 УПК РФ, содержащие общие положения об основаниях изменения меры пресечения.

Ходатайство было адресовано в районный суд по месту производства предварительного расследования с учетом положений ст. 106 УПК РФ о том, что ходатайство об избрании меры пресечения в виде залога подается именно в данный суд.

Основная мотивировка заявленного ходатайства сводилась к тому, что с момента последнего продления срока содержания под стражей обстоятельства уголовного дела изменились, срок содержания обвиняемого под стражей превысил 12 месяцев, и при этом проведение расследования продолжается. Естественно, были сделаны ссылки и на отсутствие в уголовном деле каких-либо предусмотренных ст. 97 УПК РФ данных, указывающих на необходимость дальнейшего применения к обвиняемому самой строгой меры пресечения в виде заключения под стражу, описание данных о личности обвиняемого и иные стандартные и знакомые всем профессиональным защитникам доводы. Однако основной аргумент, подчеркиваю, сводился к вопиющей ситуации, связанной с содержанием обвиняемого под стражей по истечении предельных сроков, установленных ст. 109 УПК РФ.

К ходатайству по аналогии с соответствующей процедурой, регламентированной для рассмотрения ходатайств следователей, были приложены копии материалов уголовного дела и иных документов, подтверждающих доводы защитника, в том числе копия постановления следователя о возобновлении следственных действий, копии протоколов проведенных следственных действий, иные документы, подтверждающие факт расследования по истечении предельных сроков содержания под стражей. Данные копии были заверены защитником, прошиты, пронумерованы и сопровождены описью.

Ходатайство вместе с прилагаемыми документами было сдано в канцелярию районного суда по месту нахождения органа предварительного расследования.

С момента подачи ходатайства до момента его рассмотрения судом, несмотря на регулярные напоминания о себе и заявления защитника, прошло в общей сложности 1 месяц и 17 дней.

Уже из этого можно сделать вывод, что судья долго размышлял над тем, рассматривать ли ему данное ходатайство по существу и каким образом этого избежать.

С момента подачи ходатайства до момента его рассмотрения активные следственные действия по делу проводились, а обвиняемый продолжал содержаться под стражей.

К сожалению, результат рассмотрения ходатайства оказался отрицательным и весьма обычным для нынешней московской судебной практики.

В удовлетворении ходатайства было отказано, довод об истечении предельных сроков содержания под стражей остался без какой-либо судебной оценки, хотя из самого текста судебного акта следует, что именно он приводился защитой в качестве основного.

Суд ограничился общими формулировками о том, что с учетом обстоятельств уголовного дела есть основания полагать, что обвиняемый может скрыться от следствия или суда, угрожать свидетелям, продолжить заниматься преступной деятельностью, иным образом воспрепятствовать производству по делу.

Конечно же, данное судебное решение обжаловано в апелляционном порядке, и нам остается надеяться, что суд апелляционной инстанции все же обратит внимание на положения уголовно-процессуального законодательства и даст наконец-то оценку факту истечения предельных сроков содержания под стражей. В случае же игнорирования данного довода со стороны суда апелляционной инстанции судебное решение будет обжаловано далее, уже в кассационном порядке.

Из описанной ситуации можно сделать как минимум два вывода, один из которых можно охарактеризовать как положительный.

Вывод № 1 (положительный) – практика рассмотрения судами самостоятельных ходатайств защитников об изменении  в отношении обвиняемых меры пресечения существует, и автор публикации с удовольствием поделится с коллегами образцом заявленного ходатайства (естественно, без раскрытия данных обвиняемого и иных обстоятельств уголовного дела).

Вывод № 2 (отрицательный) – московские суды, к сожалению, в большинстве случаев игнорируют самые вопиющие случаи нарушений процессуальных прав обвиняемых и идут на поводу у представителей стороны обвинения, покрывая тем самым совершаемые ими незаконные действия.

Остается надеяться, что не все уголовные дела и отношение к ним у судей на территории РФ одинаковы (наша ситуация все же немного отличается с учетом специфики оперативного сопровождения, личности самого обвиняемого, иных обстоятельств, которые не имеют отношения к законности принимаемых решений, но неформально судьями учитываются), и наши коллеги воспользуются описанным опытом, что приведет не только к рассмотрению заявленного самостоятельного ходатайства об изменении меры пресечения, но и к его удовлетворению.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *